You are viewing kunzhoffman


Если бы я занимался астрофизикой, то легко бы отличал нейтронную звезду от чёрной дыры. Но, к моему большому сожалению, мне не знакомы эти спецфические ручки-ножки, вилки-ложки, козлы-рожки нейтронной звезды. Гляжу на них (нейтронных) и повторяю  "Красотища-то какая, братцы!" Не провожу никакого анализа нейтронности этой красоты. Тихо млею, легко, на ощупь, привычно откупориваю бутылочку, стелю на тарелку ломтики вкусной русской традиционной закуски, усаживаюсь поудобнее.  Хорошо, что я не астрофизик. Иначе бы бросил всё в кусты... посудомоечной машины и начал бы анализировать.

мы коснёмся заборов предчувствием тел.
ты - забора, согретого солнечным светом.
я - того, что вчера, как орёл, прилетел
и ночных пасажиров сейчас проверяет билеты.

мемуаров я вам напишу хоть три тыщи
крупным почерком в серый блокнот.
вы читайте. быть может, иной и отыщет
в них идею, о том, что енот,
если крошка (размером, как прыщик),
то он в озере друга найдёт.

Женева. История одной собаки. В этом городе собак нет. Как так нет? Совсем нет или наполовину нет? Или утром нет, а после обеда уже не совсем нет? Нет! Раньше были, но однажды сильно провинились. Как-бы помогли ограблению банка. Точнее, одна собака случайно помогла, замкнула собой всё, чем и помешала службе безопасности.  Выдворили из города всех. Как говорили три мушкетёра "Один за всех и все за одного". Теперь если хочешь в Женеве насобачиться, никто не поймёт, о чём ты говоришь. На языке народности Пумбель (см мои предыдущие истории о Женеве) одна собака будет эно кано.

В каждый мой приезд в Женеву я обязательно (кровь из носа) устраиваюсь на работу в кондитерскую-булочную - патиссерия, пастицерия или кондиторей  в зависимосто от того, на каком из швейцарских языков Вы говорите. На языке народности Пумбель (см мои предыдущие истории о Женеве) кондитерская будет формо. Работаю в кондиторей как минимум полгода, иначе не освоишь ни языка ни местных обычаев. И делаю это совем не ради денег (да и не языкознания ради), а из-за редчайшей возможности превращать унылый обеденный перерыв в волшебный обжерон. Наисвежайшая выпечка, ингода даже со спецальными персональными добавками от знакомого пекаря-кондитера, кофе, столик с видом на Женеву...

ты мне снишься вся


ты мне снишься вся
не только левая рука и правая нога
не только уши и затылок
вся

беляши и пельмени, мать!


приноси мне побольше тест
для пельменей и пирожков.
молодых научу невест,
как кормить ими мужиков.
 
как средь тысячи тест, фаршЕй
отыскать комбинаций пять
для пельменей и беляшей,
и как тесто руками мять.
   
как туда напихать фаршИ,
как тугие края замять,
чтоб сказали все: Хороши
беляши и пельмени, мать!

раскидайте!


раскидайте меня, как лопатой песок,
я устал по утрам прятать деньги в носок
разровняйте меня, словно фиги для фляг,
я устал по утрам поднимать белый стяг.
развезите меня, как нетрезвых зимой,
я устал по утрам возвращаться домой.
разнесите меня, словно мыши амбар,
я устал по утрам канифолить загар.
разгрузите дрова, разлинуйте тетрадь,
я устал по утрам от всего уставать.
 
 
 
Do scatter me like sand (with the use of shovel),
I'm tired in the morning to hide the money in a sock
Flatten me like a fig for the jam in jar
I'm tired in the morning to raise the white flag.
Bring me home as a drunken in the winter is brought,
I'm tired in the morning to return home by myself.
Do toss me like a mouse tossing while demolishing a barn where it lives
I'm tired in the morning to paint a fake tan all over my gorgeous body
(Pretending that I just came back from the holidays in Gold Coast)
Unload firewood, prepare it for the barbecue,   and write something good in the notebook
I'm tired in the morning from all this.
But I would be better after free Nespresso coffee in the committee room – thanks, Davy, my good friend.

Хороша ты - самшитом обшита - моя полочка для беляшей!



я тебя подожду под дождём,
под одеждой надежду держа,
падежами неважно визжат
нанадёжные нежные ножны жердей.

для него


орденами не раз был отмечен
(словно пули вгоняли в Наган),
и погоны ложились на плечи
сапоги подбирались к ногам.
 
для него плакал музыкой вечер,
утекая в обьятья к стихам.
не один был баян изувечен,
(не хватало упрямства мехам).
 
серебристым рентгеном просвечен,
он автограф дарил докторам.
краснозвёздной газетой отмечен
каждой им "отштампованный" грамм.